Шпицберген-2019, день второй.

Про первый день можно прочитать тут. Наш второй день на Шпицбергене снова начался с брифинга на завтраке в 9-30. Поскольку погода ожидалась хорошая, сегодня решили провести морской день — с большим количеством морских переходов: посмотреть ледник Эсмарка, погулять у горы Альхорн и доплыть до норвежской радиостанции.

После завтрака погрузились на циркули и двинулись в путь. Сначала погода не предвещала ничего хорошего: тяжелые серые тучи висели низко над водой.

Мы вышли из Грёнфьорда и пересекли перпендикулярно Исфьорд, направляясь напрямую к леднику. По мере приближения к нему в воде стали попадаться льдины разного калибра. Конечно, гигантских айсбергов, наподобие гренландских, тут не встретить, но даже такие небольшие куски льда могут серьезно повредить винт и корпус лодки, поэтому далее продвигались на малой скорости.

Наконец, вот он, ледник Эсмарка. Возраст его составляет не менее 30 тысяч лет. Это не обман зрения, лед действительно голубого цвета. Как известно, белый цвет льду, который мы привыкли видеть зимой, придают пузырьки воздуха, вмерзшие в толщу воды. Здесь же лед тысячелетиями не тает и за счет огромной массы прессуется, выдавливая из себя воздух, в результате чего остается чистейшая замерзшая вода, окрашивающая лед в голубой цвет.

Высота ледника над водой — не менее 20 метров (семиэтажный дом), поэтому подплывать к нему вплотную запрещено. Ледник живет своей жизнью и не лежит неподвижно, как казалось бы, а очень медленно перетекает под своей тяжестью сверху, с гор, в самое море. То там, то здесь слышится грозный треск, после чего гигантские глыбы весом в десятки и сотни тонн обрушиваются с грохотом в море.

В место обрушения сразу же слетаются чайки, потому что гидродинамический удар глушит рыбу, которой не посчастливилось плавать рядом, и она всплывает на поверхность к радости птиц. Виталий и Лена пришвартовываются друг к другу, и мы на почтительном отдалении любуемся этим чудом природы. Подплывать ближе, а тем более выходить на такой ледник смертельно опасно.

Как бы в противоречие этим словам вблизи ледника проплывает научное судно. На самом деле, оно намного крупнее наших катеров, имеет металлическую обшивку корпуса, поэтому безопасное расстояние для него значительно меньше. Тем не менее, можно наглядно оценить высоту ледника по сравнению с двухпалубным корабликом.

Немного подмерзнув, мы согреваемся горячим чаем из пятилитровых термосов и двигаемся дальше. Ледник находится в Имербукте, а мы переплываем в соседнюю Трюгхамну, где нам предстоит высадиться на берег и проделать небольшой маршрут ногами. На фото ниже — очередная избушка, на этот раз норвежская. У нее на крыше даже есть солнечная батарея!

Чуть отойдя от берега вверх, мы снова встречаем небольшое стадо оленей. Эти еще менее пугливы, чем вчерашние. Они долго нам позируют и крайне неохотно начинают уходить. Видимо, здесь была особенно вкусная травка. На заднем плане — гора Альхорн (напоминающая рог носорога), а за ней еще более высокий хребет Даудманнсдален.

Вот такие красавцы пасутся прямо на берегу Северного Ледовитого океана. Северный олень уникален тем, что у него рога растут как у самцов, так и у самок.

Спереди Альхорн обрывается отвесной стеной несколько сот метров, и на этом утесе расположен один из многочисленных птичьих базаров. Чайки кружат в этой туманной высоте, не переставая кричать на разные голоса. Они выбрали себе по истине неприступное убежище.

Как только мы обогнули Альхорн в его нижней части, погода начала стремительно улучшаться: облака расступились, и местами стало появляться голубое небо. В солнечном свете картина выглядит еще более прекрасно.

Пройдя еще пару километров по плоскогорью, мы вышли к морю,где в укромной бухте нас поджидали наши катера, установленные на растяжках. Здесь, на берегу, мы пообедали и стали готовиться к отплытию, а в это время те же самые три женщины снова искупались в море 🙂

Следующей точкой нашего путешествия был мыс Линнея, на котором находится норвежская радиостанция, обеспечивающая связью и интернетом весь архипелаг. Для этого было необходимо переплыть Исфьорд в обратном направлении. Прямое расстояние по морю — порядка 20 километров, но напрямую здесь никто не плавает, поскольку у берегов существует замысловатый фарватер, который необходимо учитывать в разные фазы прилива и отлива.

Когда мы отплыли из бухты у горы Альхорн, погода совсем разгулялась, и начало пригревать. В солнечном цвете тундра окрашивается особенно яркими цветами.

У мыса Линнея нас высадили на специально оборудованном причале, но велели идти до радиостанции в гидрокостюме, поскольку не так давно поблизости видели белого медведя, и не стоило здесь задерживаться для переодевания.

Вот такой слегка марсианский сюрреалистический вид представляла из себя наша группа в оранжевых гидрокостюмах, растянувшаяся по традиции на добрые 200 метров. Впереди наш гид Ваня с винтовкой. В отличие от местности в Трюгхамне здесь плато (ровная поверхность), бурая от мха, что придает земле выжженный вид, но на самом деле это не так. Идешь и не перестаешь удивляться, как здесь мало растительности, и всё равно какое здесь всё разное, меняющееся с калейдоскопической скоростью.

А это финская сауна на колесиках с панорамными окнами на краю света. Да-да, это настоящая сауна, услугами которой можно воспользоваться за дополнительную плату, а потом плюхнуться в слегка прохладный Северный Ледовитый океан.

Здесь же, неподалеку от норвежской радиостанции, установлен фрагмент черепа кита. Не силен в анатомии китов, но, по всей видимости, это основание черепа, которое крепится к позвоночнику, судя по круглому отверстию. Кстати, промысел китов на всей территории Шпицбергена запрещен.

Побродив немного по мысу Линнея, мы зашли в норвежскую гостиницу, которая здесь расположена, и тут нас угостили чаем/кофе и свежей выпечкой. Гостиница впечатлила комфортом даже по сравнению с Баренцбургом. Здесь также можно остановиться и пожить, на самом краю Исфьорда. На фото ниже вид из окна. Обратите внимание, что здесь уже всё зеленое, а не бурое, хотя расстояние между этой точкой и фотографиями выше — несколько десятков метров.

Немного подкрепившись и отдохнув, собираемся в обратный путь в Баренцбург. Для этого нам надо снова надеть гидрокостюмы и пройти в них несколько сотен метров, а ходить в них — совсем не то, что плавать. Садясь в катер, обращаю внимание на свечение под водой. Это не медузы, а другие древние морские животные — гребневики, передвигающиеся при помощи ресничек, расположенных на гребнях их тела. По ним прокатываются электрические волны, отчего они переливаются и светятся цветами радуги. Особенно красиво, говорят, это смотрится ночью. Но ночь здесь наступит нескоро)

Прямо по курсу наш маленький дом. Расстояние от мыса Линнея до Баренцбурга около 20 километров по морю, катера преодолевают его примерно за час. К вечеру погода совершенно разгулялась, и небо очистилось от туч.

Но и на этом наши приключения не закончились. На вечер наши гиды приготовили нам два занятия на выбор: каякинг в Гренфьорде и собакинг, как мы его назвали (точнее — дог-хайкинг или прогулка с собакой с местной хаски-фермы). На хаски-ферме в Баренцбурге живут около 60 собак 8 северных пород, все они адаптированы к условиям севера и зимой используются для катания на собачьих упряжках.

Поскольку каячить в ледяной воде мне не сильно хотелось, я выбрал собакинг. Вот эта мадам (чукотская ездовая) по кличке Стася досталась мне в напарницы. Как только собаки завидели наш автобус, вся орава подняла лай и вой. Все они очень добрые и контактные и обожают гулять, поэтому туристам на прогулку их выдают по очереди. А перед самой прогулкой можно походить среди домиков и погладить каждую мордаху.

Прогулка с собаками производится от Баренцбурга в сторону мыса Хеер, на котором расположена вертолетная площадка и ангары — в месте, где Гренфьорд впадает в Исфьорд. В ту сторону мы шли по верху, обратно спустились к морю, поскольку как раз был отлив, и можно было пройти по пляжу. На дороге установлен предупреждающий знак «Осторожно, Единая Россия». Ой, то есть, «Осторожно, медведи».

Всего у нас было 5 участников прогулки, и среди собак 4 представляли породу чукотской ездовой, а одна (пушистая впереди) — сибирский самоед. Собаки ездовые и приучены тянуть, поэтому тут большой вопрос, кто кого выгуливает. 🙂 Одна ездовая собака способна тянуть с усилием 25 кг, поэтому в упряжку запрягают по 6-8 собак. Летом их тренируют в специальных колесных тележках. Все собаки со своими характерами и причудами, поэтому нужно очень хорошо разбираться в собачьей психологии, чтобы составить эффективную упряжку.

На мысе Хеер установлено норвежское корабельное орудие, единственное, которое защищало Шпицберген от немцев осенью 1943 года, когда немецкий линкор «Тирпиц» при поддержке линкора «Шарнхорст» и девяти миноносцев прибыл сюда согласно операции «Сицилия» для захвата архипелага. Разумеется, одно орудие не могло долго противостоять корабельной эскадре, хотя благодаря густому туману было не сразу обнаружено и успело нанести несколько пробоин кораблям сопровождения.

Орудие имеет около 10 заваренных отверстий — следов прямого попадания крупнокалиберного пулемета. После того, как оборонявшийся гарнизон был вынужден покинуть позицию и спрятаться в шахте Баренцбурга, «Тирпиц» расстрелял из главного 380-мм орудия Баренцбург, затем двинулся дальше и уничтожил Колсбей, Грумант и Лонгйир. А в ноябре 1944 года он и сам отправился на дно близ норвежского Тромсё вместе с 950 членами экипажа благодаря успешному налету британской авиации, сбросившей на линкор три пятитонных бомбы Tallboy («верзила»).

По возвращении в Баренцбург я не остановился на достигнутом и пошел гулять по городу. Какая разница, ведь на улице не темнеет. По территории можно безопасно перемещаться без сопровождения до табличек «Баренцбург». Правда на противоположном конце города я не сразу ее заметил, потому что она валялась на земле.

В этой части города расположена промзона — котельная, ангары, погрузочный док для угля. Кстати, треть добытого здесь угля уходит на обогрев самого Баренцбурга, а две трети реализуются британской компании, которая далее смешивает шпицбергенский уголь с другими видами и продает еще куда-то (видимо, в страны третьего мира).

В час ночи я отправился на бетонную площадку, под плитами которой живет семейство песцов: мама и шестеро лисят. Вчера я видел их всех из окна музея, так что мне хотелось посмотреть их поближе. Мои ожидания оправдались: вскоре всего в 10 метрах передо мной появилось два лисенка, которые играли друг с другом и даже рычали, как собачьи щенята.

Налюбовавшись на песцов, я отправился в бар «Красный медведь», чтобы выпить пару кружек местного пива. Туристов здесь немного, но бар исправно работает до 2-3-4 часов ночи, так что и здесь, и на пирамиде мы постоянно сидели допоздна. Да и как можно спать, когда на улице светло и такая красота!

Следующий день описан здесь.

Расширенная галерея этого дня:

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *